... Наезжая в гости в ее родной городок, он посещал с тестем уроки
Библии для взрослых в молельном доме. На еврея Мейлера там взирали как на
диковину и обращались к нему с "забавным почтением": попросили даже пролить
свет на отдельные стихи из Нового Завета, смысл которых эти безыскусные
христиане понимали не вполне. Сам Мейлер, прочитав Евангелия, нашел их "в
отдельных местах замечательными", "но там, где глаз не падает на гениальную
фразу, проза выглядит пресной, а само повествование безнадежно
противоречивым. Поэтому я решил, что этот удивительный сюжет необходимо
изложить заново, причем как следует". Кто же исправит огрехи и ляпы,
пропущенные литературными комиссиями ранних христиан? Разумеется, сам Норман
Мейлер. И он сказал себе: "Если я смог написать об Исиде, Осирисе и Ра, вряд
ли Новый Завет окажется намного труднее".
И ошибся он лишь отчасти. Его евангелие написано несложным, достаточно
вольным английским языком, но осанистое необиблейское величие текста внушает
жутковатый трепет. Порой предложения чересчур просты ("Мы ели и веселились";
"Он в слезах вышел вон. Он плакал"), другие же, наоборот, чересчур витиеваты
("В глазах моих, точно стражники на часах, стояли слезы"), но в целом тон
выдержан и звучит вкрадчиво-убедительно. Откуда, собственно, льется
благостный голос-дух Иисуса, возможно, лучше не вникать, но Мейлер берет
этот тон с самого начала. Его Иисус жалуется на преувеличения и неточности,
которые встречаются в Евангелиях, написанных "спустя много лет после моего
ухода", а потом сообщает читателям: "...Я решил изложить свою историю сам.
Тем, кто непременно спросит, как слова мои попали на страницы книги, отвечу:
считайте это еще одним маленьким чудом". Иисус намерен исправить все
неточности, хотя сам отнюдь не уверен, что такая задача окажется ему по
силам. Он лишь надеется "не погрешить против истины" - в отличие от Марка,
Матфея, Луки и Иоанна, которые "стремились увеличить число своих
приверженцев", как евреев, так и язычников...